журнал "Афиша" № 7 (124)

Боб-быль

В Кошелохове замечательно выразился русский тип правдоискателя, человека до-всего-своим-умом-дошедшего, — это показательно, что он в Ленинград приехал именно в медицинский поступать — как раз из-за правдоискательства, но еще в таком позитивистско-базаровском духе. И что последнюю правду такой человек нашел в занятии картины писать, делает этому занятию честь; не скажу «профессии», потому что сам Кошелохов в «профессионале» видит характеристику скорее отрицательную. «Я с художниками мало общаюсь. Они такие тупые» — «тупые» тут значит скорее «ограниченные в интересах», чем просто «глупые», но личное отношение Кошелохова к профессиональной среде так понятней. Где раздобыть красок,
как продаться в галереи, откуда взять денег на выставку — ему такими вопросами заниматься неинтересно. Мастерская полна картин, где вместо холста использовано что-нибудь вроде диванной обивки или простыни: «Для дела, по большому счету, и краски-то не нужны». Я замираю, догадываясь, чем он сейчас предложит заменять краски, и все же спрашиваю. Точно — кровью и дерьмом предлагает писать Борис Николаевич. Боб, поправляет хозяин. В мастерской, разумеется, у него ничего такого — это, разумеется, больше для пафоса было заявление, чем практический совет поиздержавшимся живописцам; а в общем, почему бы нет. Он в чем-то прав, философ.
Другое дело, представить такого в разговоре с галеристом: «Нет, с галеристами я разговариваю вежливо, но обычно устраиваю жестко футбол». Кошелохов принял предложение Anna Nova — пожалуй, самое дорогостоящее признание деятельности галереи за все время. - Константин Агунович Полностью>>